Есть памятник странный на площади шумной,

Под ним собираются, думают думы,

Смеются, едят или просто пьют пиво,

Стараются сфоткать, чтоб было красиво.

Но странен был скульптора этот заскок:

Здесь увековечен жвачки кусок.

Есть памятник Ленину, букве, собачке...

Зачем же придумали памятник жвачке?

Послушайтев пользу уму и к отраде

Мое толкование этой балладе.

***

Текла здесь вся жизнь, как в застойных болотах,

Здесь кофе с газетою после работы

Давались под грохот футбольного матча.

Сложнее поесть не бывало задачи.

Заначка - в ботинках, окурки - в вазонах,

По телеку - документалки про зону.

И мирно потрескивал школьный звонок,

Что гнал с перемены детей на урок.

Жил город спокойно, не дергался он...

Пока на беду не возник сильвеон!

Возник непонятно зачем и откуда,

В кафе у людей ел из их же посуды,

Пил водку бесплатно, ведь тетка с ларька

Никак обделить вот не может зверька!

Ученые, верно, натерли бы дырки -

В раздумиях тягостных чешут затылки.

Откуда свалился на нас сильвеон?

Быть может, Арцеуса кара нам он?

Зачем ему бантики, ушки и ленты?

Зачем мародерствует он в секонд-хэндах?

Когда уж покоем одарит нас он?

И что же вообще эо за покемон?!

Тем временем тот, утолив аппетит,

Уж в поисках новых куда-то летит.

Ох, если бы дать ему полный карт-бланш,

Он тут же, пожалуй, осушит Ла-Манш!

Никто и ни слова не молвит ему:

Он милый и плюшевый - вот почему.

И в городе вскоре выходит закон:

Чиновником стать может наш сильвеон.

Проникнувши сразу в политики сферы,

Без долгих раздумий он пишется в мэры.

И что же? Неделя прошла, словно миг,

Дает интервью обезумевшим СМИ,

В костюме с иголочки светится он...

Ну, вы догадались - все тот сильвеон.

Он курит сигары и ведает биржей,

Он в мире наладить планирует мир же.

Проводит политику он диктатуры,

В аптеках следит за расходом микстуры.

Чуть что - закатает любезно в тюрьму.

За что? Я и сам здесь не много пойму.

Однажды пошел грозный мэр погулять,

Охрана за ним, чтобы сопровождать.

При виде его прекращается спячка...

Но что вот за гадость? Кто выплюнул жвачку?!

Наш мэр наклоняется, очень сердит:

- Скажите на милость: кто этот бандит?!

Толпа молчаливо внимает ему,

А он распинается: что, почему?

Так неосторожно он тут наклонился

И к жвачке концами лент вмиг прилепился.

Дернулся р-р-раз, потом дернулся два...

Не освободилась его голова.

Он лапой уперся, и - вот невезуха! -

Пристало, как намертво, левое ухо.

За ухом прилипли к резинке и лапы,

В толпе прошептали:

- Мэр - круглый растяпа!

Услышал мэр эти слова, обозлился...

А дернулся снова - хвостом прилепился.

В итоге уж нет ни хвоста, ни лица -

Залепелено жвачкою все без конца.

Замотан бинтами любой фараон...

Но мумией в жвачке был лишь сильвеон!

Говаривал кто-то, немалое знающий:

"Спасение - дело самих утопающих".

Никто не спешит со всех ног помогать,

Но кто же откажется понаблюдать?

Надвинулась тень. Ох ты ж, будьте здоровы!! -

На площадь надвинулась милтанк-корова!

Подумала малость, раззявила пасть...

Казалось, планета в ней может пропасть.

И, не сомневаясь, гигантское жвачное

Накрыло сей пастью, почавкало смачно

Не кем же иным, как беднягою мэром.

Он скрылся во рту, широченном без меры...

Поступок сей был человечен весьма,

Но милтанк грозила бы - ужас! - тюрьма.

На счастье ее, Сильвеон, побывавши

Во рту у коровы и все там познавши,

Был выплюнут в травку изрядно увечным.

Карьера и слава, увы, скоротечны.

Не сделав особых ни слав, ни карьер,

Чесал во все пятки запуганный мэр.

Корове сказали два слова похвальных

И грамоту дали... и жвачку специально.

Натаскан был мрамор в кореженных тачках,

И был установлен здесь памятник жвачке,

Что так героически город спасла

От непобедимого няшного зла!

О жвачке слагались стихи и легенды,

О, жвачка здесь символ теперь хэппи-энда.

О, жвачка, и я о тебе написал...

Единственно, не избежал бы похвал

Корове, которой удачно взбрело

Сжевать вместе с жвачкой кавайное зло.

Теперь про корову не помнит никто,

Ну разве мифический пони в пальто.

***

И так вот всегда происходит на свете:

Удачу восхлавивши, будто бы дети,

Венчаем короной стороннюю вещь,

На лбу историчности делая плешь!